Красноярск, день второй

   В этот день в основном фото, не обижайтесь что текста мало :)

Знаменитая часовня с 10-ти рублёвой банкноты.

Военная техника в местном Парке Победы.

Вечный огонь. Школьная линейка только что закончилась:)

Легендарная 34-ка

Военный музей.

В память о гражданской войне...

Троицкий собор Красноярска.

Второй на моей памяти памятник спецназу и героям необъявленных войн.

Знакомьтесь, бурундук. Злейший враг туриста на Алтае :)

Собственно, сами столбы. Столб №1

Вид с вершины.

Саблезубый олень, он же кабарга. 

Ночные деревья Красноярска. Их там много таких :)

Вокзалы.

     Сколько их было, вокзалов в моей жизни, особенно за последний год? Наверное, около 15-Красноярск, Новосибирск, Барнаул, Белореченск, Сочи, Минеральные Воды, Казанский, Павелецкий, Ярославский, Курский, Финляндский, Московский, Ленинградский, Новороссийский, Краснодарский. Больше чем городов. Какие-то на несколько минут в ожидании поезда, какие-то на часы и целые ночи. Поэтому мне больше запомнился вокзал в Белореченске, где я спалв окружении наглых и крупных, как партизаны, тараканов, Барнуальский (о, там мне пришлось провести целых две ночи), и Красноярский (целую ночь я жил на этом вокзале).
      Вокзалы...Я помню их все. От совсем пафосных и блестящих, построенных с имперским размахом, до совсем неказистых, захваченных непуганными тараканами и несмываемой грязью по углам. От уютных, с мягкими креслами, до жарких огороженных колоннами площадей, где как селёдки в банке, толпились люди, чемоданы и баулы. От железных ангаров до замызганных площадей.
      Вокзал-прибежище для бездомных всех мастей. Некоторые потеряли всякий дом и даже надежду его найти, другие перебираются из одного дома в другой, а некоторые, подобные мне, ищут свой собственный дом, меняя вокзалы, города, страны.
      Все вокзалы и залы ожидания живут по одному времени, и это время-московское. Словно колонии, стоят они посреди городов, и живут свое собственной жизнью, связанные невидимыми нитями связи с метрополией-Москвой.
     Двигаясь на восток и перестраиваясь на местное время, ты теряешь своё-те часы, которые ты ещё не прожил, но которые уже прошли. Ты раньше встречаешь рассветы, и раньше видишь как гаснет солнце на западе, там, откуда ты пришёл. Просто маленький парадокс часовых поясов.

Вокзал  Новосибирск-Главный.

Вокзал Красноярска.

Новосибирск 30 августа 2012г

   Можно ли узнать город за шесть часов, без путеводителя и карты? Я думаю, что нет-но можно понять, нравиться он тебе или нет. Можно полюбить его или возненавидеть. В Новосибирске я был совсем недолго, и возможно не увидел самого интересного-но осадок остался.
  Есть города, в которые приезжаешь-и чувствуешь, что они тебе нравятся. А в других чувствуешь духовную пустоту...словно есть вот города с душой, а есть-города без души. Именно таким городом показался мне Новосибирск.
  Из достопримечательностей, там по моему только метро, вокзал да пара памятников. Новых, сказочных. Их фото я и представляю вашему вниманию.

Символ города.

Администрация.

Пригородный вокзал Новосибирска.

Змей Горыныч и Кощей Бессмертный. 

P.S. На очереди большое описание Красноярска, которое будет разбито на несколько частей. 

Алтай

           Есть у меня одна концепция, чисто философского толка. О том, чтобы владеть, но не обладать. Созерцать, восхищаться красотой-но не пытаться сделать это своим, присвоить к нему ярлык "моя собственность", уничтожить или превратить в простую вещь. Вот например цветок. Цветёт он себе, и радует глаз всякого кто его увидит. Моя сущность как коллекционера и естествоиспытателя-этот цветок выкопать, засушить и засунуть в гербарий. Только вот засушенный, он не будет и в сотую долю также прекрасен, как в живом виде. Его лепестки выцветут, листья пожелтеют, и сам он будет каким-то плоским. И совсем не сможет радовать глаз того, кто его после этого уже не увидит.

        А как унести с собой красоту гор, снежных вершин, бирюзовых озёр? В рюкзак они не влезут, да и весить будут наверное совсем-совсем...много. Можно конечно их сфотографировать, только вот беда-смотришь ты на эти плоские фотографии, и думаешь-ну да, прикольно. А того чувства "вау!", когда видишь это вживую, когда оборачиваешься-и совершенно неожиданно видишь покрытый снегом хребет, никак не появляется. И поляны, бесконечные поляны брусники-никак не влезают в кадр. И яркие краски-зелёные, жёлтые, красные, ослепительно белые-блекнут на экране монитора. Поэтому..просто посмотрите фото, и собирайте свой собственный поход. К снежным вершинам и бирюзовым озёрам!

Курайский хребет с перевала Оройский. Недавно выпал снег. 

Раскидистый кедр.

Дорога на перевал. 

Каменный бастион надёжно охраняет подступы к перевалу. 

Первые по-настоящему снежные вершины Северо-Чуйского хребта.

Нижняя Шавла. 

Легендарное Шавлинское озеро в ясную погоду. Редко оно может побаловать таким видом....

Перед ледником. Уже наступает осень....

Край ледника. Это не Антарктида, это-Алтай!

Верхне-Шавлинское озеро.

Курайский хребет. Снег растаял. 

Последние лучи солнца падают на плато..

От ярких красок осени рябит в глазах. 

Осень и дожди наступают сзади. Мы возвращаемся в Чибит.

Самый мирный алтаец :)

Острова в океане облаков.
 

   

Одинокий человек с рюкзаком.

       Москва...как сложно любить этот город! Странный, огромный, богатый и бедный, иногда ослепляющий блеском своих небоскрёбов и вечерних огней, а иногда-вонью и мусором засранных улиц. Долго, очень долго я не мог понять, что же стало с душой этого города? Что стало с ней, израненной, растерзанной-жива ли она или уже умерла?
       Много раз я прикасался к огромному, шумному сердцу этого города, что бьётся у него глубок в груди-его линиям метро, как кровеносными артериями доставляющих людей туда, куда им надо. Я чувствовал его силу, но не понимал её.
       И наконец я понял, что это за сердце-раненное, старое, больное, покрытое пробками и заторами, холестериновыми бляшками и узкими протоками. Я почувствовал, как пригородные поезда везут, постоянно везут людей на вокзалы-а дальше огромная людская река вливается прямо в сердце этого города и растекается по его кровеносным сосудам. И я почувствовал, как бьётся это сердце-словно старый ишак, верный старый ишак, который уже не может везти телегу, который задыхается от боли и усталости-но продолжает тащить, из последних сил, превозмогая невыносимую боль. Я почувствовал этих людей-ещё сонных, но ещё не слепых и глухих, ещё не успевших одеть маски равнодушия и пустоты.
      И знаете, это осознание, это чувство, мне показалось приятным. Я видел много странных и непонятных городов на своём пути-о некоторых я напишу позднее, по своим дневникам. Сегодня мне хотелось рассказать о Москве. Пока воспоминания и чувства ещё свежи и ярки.

Пролог

          Я давно думал начать писать эту книгу, у меня даже где-то лежит её предыдущий вариант в одну или две незавершённые главы. Но теперь я знаю уже точное количество глав, её сюжет и её концовку. Эта книга автобиографична, это сценарий моей жизни. Я решил написать её сам, чтобы оставить меньше поводов для разных трактовок и споров, как книга Кракауэра.
          При написании книги я использовал принцип скорее географический, чем исторический-в каждой главе я старался собрать свои воспоминания по экспедициям и походам в тот или иной уголок мира. Путешествия эти часто бывали довольно короткими, поэтому разбрасывать их по всей книге, стараясь восстановить точную хронологию событий, было бы на мой взгляд не очень уместно.
           У меня нет цели изменить мир, сделать его лучше, научить людей чему-то новому. Слишком много было учителей и проповедников до меня и будет после.  Скорее, я просто не смог жить в этом мире лжи, предательства, денег, личного успеха. В мире фальши, потребления и коммерции. Я отправился искать свой собственный мир, чистый и совершенный.
           Люди таковы, какие они есть. Мы редко видим их настоящими, даже можно сказать-не видим их никогда, ибо они носят маски-равнодушия, приличия, деликатности. Я не хочу жить в этом мире масок, где всё пропахло ложью и фальшью.
          Я люблю горы. Суровые, непреклонные, они стоят веками, неумолимые и суровые, вечные. В их величественном спокойствии и суровости скрыто много мудрости-мудрости, которую никогда не увидеть  обычному равнинному человеку или простому туристу, что приехал посмотреть на снег, который лежал на вершинах ещё тогда, когда первый человек делал свои робкие шаги по Земле.
          Я не боюсь умереть. Я знаю, что рано или поздно смерть придёт за мной. Не страшно умереть молодым, страшно умереть так, будто ты и не жил никогда. Я знаю, что эта книга закончиться именно так-трудно придумать более красивый и славный конец её. Я знаю, что не мне предстоит поставить точку в этом повествовании-но кто то другой разберёт каракули в моем дневнике и напечатает их на экране монитора.